Ковидное отделение Чирчикской больницы, где одновременно погибло пятеро пациентов, закрыли

Четверг, 14 Октября 2021

10 октября в соцсетях распространилась информация о внезапном закрытии ковидного отделения на базе инфекционной больницы в городе Чирчике под Ташкентом (официально - Ташкентская областная инфекционная больница), где месяц назад из-за очередного отключения электричества в один день скончались пятеро больных. Данную информацию подтвердили в городской службе «скорой помощи». 

Что же послужило причиной закрытия «ковидного центра» в Чирчике? На какой стадии ныне расследование по массовой гибели пациентов?

Дело врачей

Напомним, 8 сентября в результате отключения электроэнергии и халатного отношения к своим служебным обязанностям медицинского персонала вышеупомянутой инфекционной больницы скончалась 68-летняя Тамара Хромых, мать жительницы Ташкента Ольги Суторминой, первой предавшей огласке через соцсети возмутительное ЧП с погибшими в одно и то же время пятью тяжелобольными, которые находились в реанимации на искусственной вентиляции легких. В Чирчикской горпрокуратуре подтвердили факт гибели четырех человек. В комментариях участников обсуждения отмечается, что немногим ранее, в августе, здесь уже произошел – по той же самой причине - как минимум один подобный случай с летальным исходом.

Как удалось выяснить родственникам умерших, в лечебном заведении отсутствовал резервный генератор тока, в обязательном порядке предусмотренный на случай форс-мажоров с подачей электричества.

Все пятеро жертв безответственности энергетиков и преступной халатности врачей лечились в ковидном отделении больницы, где, судя по гневным комментариям под публикацией, работа по спасению больных пущена на самотек: в частности, не все из купленных родственниками дорогостоящих медпрепаратов доходили до адресатов, а некоторых медиков люди обвиняли даже в том, что те приторговывали больничными лекарствами.

Итак, больные, подключенные к аппаратам искусственной вентиляции легких, скончались из-за обесточивания сети, характерного для узбекских реалий последних десятилетий. А где в это время находилось руководство медучреждения? На этот вопрос должна ответить прокуратура Ташкентской области, куда Ольга, дочь погибшей Тамары Хромых, обратилась с жалобой. Ранее она с теми же вопросами побывала в городском надзорном органе, где ее визиту были явно не рады, хотя и подтвердили гибель 4 человек в сентябре. Тем не менее, молодой женщине, потерявшей свою мать, хотелось бы надеяться, что закрытие ковидного отделения инфекционной больницы всё же связано со скандалом, связанным с гибелью людей.

«Даже специальную кислородную станцию построили для «ковидников», а при этом оказывается, что больница абсолютно не защищена от проблем с частыми отключениями электричества – локального генератора при больнице нет. Как такое вообще может быть в стране, где электричество скорее мертво, чем живо?! - возмущается наша собеседница. - Больные говорили, что они [медперсонал] не лечат, даже лекарства, которые им приносят родные, сдают в аптеку (то есть, продают), и многие просились домой. Моя мама кричала, что там бардак, а врачи пытались оправдываться, что у нее, дескать, неврологический синдром, наговаривает на них. Так они говорили про всех больных: как будто у всех, кто туда попадает, поголовное помутнение рассудка (в Зангиате же массово не сходят с ума)! Вот еще один пример: год назад они своего коллегу-врача загубили, отправив его, больного двусторонней пневмонией легких (причем, подделав документы, что выздоровел от ковида), в психушку, где тот и скончался. Он, наверное, тоже понимал, что ему неправильное лечение назначают…».

Случай со смертью врача, о котором говорит Сутормина, имел место в этом лечебном учреждении в начале августа 2020 года, а в апреле текущего года по возбужденному по целому ряду статей уголовному делу суд вынес приговор в отношении группы сотрудников Ташкентской областной инфекционной больницы во главе с бывшим главным врачом и инфекционистом Гульжахон Юлдашевой. Ее задержали 8 сентября в Чирчике и привлекли к уголовному делу в качестве обвиняемой по пункту «а» части 3 статьи 167 («Хищение путем присвоения или растраты в особо крупном размере») и пункту «а» части 3 статьи 207 («Должностная халатность, повлекшая смерть человека».

«Должностная халатность» бывшего главврача инфекционной больницы состояла в том, что именно по ее по указанию тяжелобольной Ф. Рустамов (специальность погибшего не уточняется) в критическом состоянии был направлен в областной психоневрологический диспансер, несмотря на тяжесть его соматического состояния, наличие дыхательной недостаточности и экстренную необходимость реанимации.

Примечательно, что, несмотря на столь тяжкие обвинения, Юлдашеву привлекли всего лишь к 4 годам ограничения свободы, из которых почти 7 месяцев она уже отсидела, переведя под домашний арест после вмешательства в ее защиту старшей дочери президента Шавката Мирзиёева Саиды и руководства Минздрава (вспомним при этом блогера из Сурхандарьи Отабека Саттори, которому по сфабрикованному делу, за критику власти, дали 6.5 лет реального срока).

В больнице спешно «подчищают» следы?

Среди фигурантов этого дела значится и Джахонгир (узб. - Жахонгир) Зиёдуллаев, тогда врач Ташкентского областного многопрофильного медицинского центра, признанный виновным по ч. 3 ст. 116 УК («Ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей, повлёкшее по неосторожности смерть человека»), п. «б» ч. 2 ст. 228: «Покушение на изготовление, подделку документов, штампов, печатей, бланков, их сбыт или использование по предварительному сговору группой лиц») и приговорённый «к 3 годам и 6 месяцам ограничения свободы с лишением права занимать должностные и материально-ответственные положения в течение двух лет».

По иронии судьбы, этот человек, который ходит «под статьёй» и имеет непосредственное отношение к описываемой сегодня нами истории, вплоть до закрытия ковидного отделения работал в нем едва ли не на самом ответственном посту - реаниматологом. Как такое возможно?..

Как поведала нашему изданию Ольга Сутормина, ей, как и другим родственникам погибших по вине нерадивых электриков и медперсонала, в тот роковой день 8 сентября как раз позвонил сам Зиёдуллаев, чтобы сообщить о смерти ее матери. Реаниматолог добавил, что «в больнице два часа не было электричества», и попросил срочно явиться на место – забрать тело.

«Приехав в больницу, я была потрясена увиденным – тела покойников лежали прямо на полу в коридоре, я лично видела лежащими четырех человек, всюду сновали плачущие люди, нервничающий персонал. У них [у медучреждения] нет даже машины, чтобы везти трупы в морг, который находится при детской больнице! Помню, как, чуть не плача, один медбрат славянской внешности в сердцах выкрикнул: «Я больше не могууу!..» - вспоминает события того жуткого для себя дня Ольга.

Ее сильно удивил ответ реаниматолога Зиёдуллаева, который при встрече на месте стал говорить, что «света не было всего 50 минут». Хотя, казалось бы, кому, как не этому специалисту по «оживлению», лучше знать, что для находящихся на искусственном дыхании даже пятиминутное отключение от аппарата означает смерть.

Не менее странным был и диалог с главврачом Баходыром Хаджиевым, который начал не с человеческого сочувствия к пострадавшей, а с «букета хронических болезней» ее матери, якобы приведших к столь плачевному концу: мол, что вы хотите – старость (вот так все четверо и скончались от старости?). О том, что подключенные к аппаратам ИВЛ тяжелобольные стали жертвами элементарной халатности ответственных лиц (электриков и медиков), Хаджиев даже слышать не желал, упорно настаивая на своей версии – электричества, дескать, никто не отключал, и в клинике имеется свой генерирующий электроэнергию источник.

«Когда я сказала Баходыру Тулкуновичу, что его реаниматолог уже озвучил перед нами, родственниками погибших, первопричину трагического события, он просто оцепенел. «Джахонгир не мог так сказать…» - только и выдавил он, выждав паузу», - приводит слова главврача наша собеседница, подчеркнув, что сказанное Зиёдуллаевым могут подтвердить и свидетели, так как он обзванивал, используя практически один и тот же текст, родных всех погибших.

Решив не сдаваться, Ольга Сутормина продолжает «атаковать» жалобами с требованием наказания виновных контролирующие инстанции, в том числе и через так называемые виртуальные приемные президента.

Круговая оборона

По словам Суторминой, в конце сентября к ней домой приходил юрист Ташкентской областной инфекционной больницы некий Ж. Байходжаев (узб. - Бойхужаев) и взял с нее расписку, что она не имеет лично к нему претензий. «Он так убедительно говорил, обещал обязательно разобраться в деталях случившегося, что я так и написала – претензий к вам лично, дескать, не имею. А недавно мне пришло письмо на узбекском языке за подписью главврача больницы Хаджиева (см. фото), посыл которого сводится к тому, что якобы мне были объяснены [юристом] мои права и обязанности, и я «осталась удовлетворенной» его визитом, жалоба исчерпана, и расписка, написанная мной, - тому доказательство. С чувством исполненного долга юрист, оказывается, тут же отправил эту мою расписку – в качестве закрытия проблемного вопроса - на портал [в виртуальную приемную президента], куда я обращалась накануне», - возмущается женщина, подчеркивая, что жалующийся человек априори не может «не иметь претензий».

1

Письмо, направленное  Суторминой из инфекционной больницы, подготовленное на основе полученной у нее обманным путем расписки

Разумеется, Ольга обратилась в онлайн-приемную с новым заявлением, описав уловку Байходжаева, направленную на то, чтобы обманным путем «успокоить» ее (пообещав разбираться и получив расписку, теперь он размахивает этой бумажкой в своих интересах).

А еще этот же заинтересованный в «отбеливании» репутации больницы юрист звонил Суторминой с приглашением принять участие в совместной с персоналом медучреждения встрече, где якобы будет организована очная ставка (?), чтобы решить судьбу лечащего врача (то есть, как его наказать).

Ошеломленная странной позицией руководства больницы, молодая женщина явиться туда отказалась: «Я же не следователь, прокурор или правосудие! По их логике, мне, что, самой еще и приговоры выносить?! А что мешает тому же специалисту юридического права совместно с работниками надзора собрать родственников всех погибших и провести свое собственное расследование?».

Позиция прокуратуры

Как считает Ольга Сутормина, не единожды посетившая в связи со смертью своей матери прокуратуры города и области, от них нужно еще дождаться официального ответа – с момента трагедии скоро месяц, но пока тишина. На днях автор предыдущих обращений намерена нанести визит в Ташоблпрокуратуру, что в городе Нурафшане, чтобы еще раз напомнить о своих требованиях по поводу наказания виновных в преждевременной смерти людей.

На наш взгляд, не совсем честную игру ведет в данном случае надзорный орган Чирчика. При очередном визите туда заявительнице, к примеру, сказали, что здесь не уполномочены заниматься расследованиями негативных историй в двух медучреждениях (видимо, имеющих статус региональных) - местном родильном доме и инфекционной больнице – это исключительно «прерогатива» областных коллег, хотя в прошлый раз жалобу у женщины там приняли, пусть и «со скрипом», но пообещали рассмотреть. Другое дело – каким будет ответ.

По этой же причине отказали Ольге и 10 октября, когда она хотела присовокупить к уже поданным ранее в надзорный орган заявлениям новую жалобу на неправомочные действия Байходжаева, коротко отрезав: «Юристом заниматься не будем!».

Между тем, именно на Чирчикскую горпрокуратуру было возложено возбуждение уголовного дела в отношении экс-главврача и главного инфекциониста инфекционной больницы столичной области Гульжахон Юлдашеву и Ко, хотя это и противоречит логике прокурорских утверждений…  

Ольга Сутормина вспоминает еще об одном событии, едва не накрывшем медным тазом карьеру руководящих кадров «инфекционки» в Чирчике.

«Дело в том, что за день до трагического происшествия с пятью (по прокурорской версии, четырьмя) погибшими, 7 сентября, в горемычной инфекционной больнице была аналогичная ситуация: прямо во время пребывания в ней делегации по обмену опытом из Уфы (Россия) неожиданно «моргнул» свет. Благо, замыкание было кратковременным, в тот день никто не умер, но медперсонал натерпелся страху: что было бы, случись этот позорный форс-мажор с летальными последствиями на глазах у иностранной делегации!» - передает она слова одного из очевидцев-медработников лечебного учреждения.

Впрочем, вина ответственных лиц в этой истории настолько очевидна, что надзорному органу ничего бы не стоило раскрутить хронологию злополучных событий от начала до конца. Однако для этого нужно как минимум желание...

Статьи по теме:

Из-за отключения электричества и халатности руководства больницы в Чирчике в один день скончались пятеро пациентов


Соб. инф.