Законопроект для «штрафодобывающей отрасли» готовился почти два года

Воскресенье, 21 Января 2024

Узбекистанские власти решили во чтобы то ни стало протащить норму о наказании за «дискредитацию» правоохранителей. Без общественного обсуждения, без публикации текста законопроекта, его провели через аморфный парламент, теперь на очереди Сенат, а далее его должен подписать истинный инициатор, после чего новый закон вступит в силу. Весной 2022-го близкое по смыслу предложение озвучило МВД, однако оно было изложено в форме проекта постановления, и, поскольку противоречило законам, - а статус постановления ниже, чем закона, - то не было принято. На сей раз власти подготовились и оформили всё как надо. В этой публикации мы напоминаем об основных этапах подготовки закона «против автомобилистов», помимо прочего, еще и потому, что вся аргументация как «за», так и «против» была высказана уже тогда.

О том, что причина готовящегося запрета на «дискредитацию» правоохранителей, вопреки высокопарным речам, самая что ни на есть низменная – это деньги, собираемые с помощью заранее установленных сумм по штрафам, и направляемые затем в городские бюджеты, а также на различные помпезные проекты, мы рассказывали здесь. Запрет вводится для облечения работы «сборщиков», поскольку водители фиксируют свои отношения с инспекторами на камеры (это разрешает 18-й пункт Положения о порядке регулирования взаимоотношений сотрудников ДПС (дорожно-патрульной службы – ред.) с участниками дорожного движения и применения специальных средств), что мешает подвергать их финансовым санкциям за несуществующие либо незначительные нарушения.

Проект постановления

То ли 8-го то ли 17-го февраля 2022 года (источники называют разные даты) президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев подписал постановление «О мерах по дальнейшему совершенствованию системы социальной защиты сотрудников правоохранительных органов» (ПП-118). Этот документ отсутствует в открытом доступе; то есть, его содержание скрывается.

Через три дня, 11 февраля, на совещании по вопросам реформирования сферы безопасности дорожного движения Мирзиёев заявил, что «в последнее время стало много случаев оказания сопротивления инспекторам безопасности дорожного движения, их дискредитации». Он поручил уделить отдельное внимание этому вопросу при пересмотре законодательства в этой сфере.

И уже в конце марта МВД предложило запретить публикацию в интернете фото и видео о деятельности сотрудников ДПС без их согласия, ссылаясь на вышеупомянутое закрытое постановление президента.

1

Шавкат Мирзиёев

Милицейское ведомство разработало проект постановления Кабинета министров и разместило его для общественного обсуждения. В пункте 4 президентского постановления, который цитировался в проекте документа, МВД и Национальной гвардии совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами поручалось в трёхмесячный срок внести предложения о запрете на размещение в интернете видео- и фотоматериалов сотрудников правоохранительных органов, исполняющих служебные обязанности по обеспечению общественной безопасности, без их согласия. Кроме того, за нарушение этого порядка планировалось ввести ответственность.

Тем не менее, в 2022 году предложение МВД так и не было принято; очевидно, потому, что в ходе обсуждения стало ясно, что вводить подобный запрет можно не постановлением, а в виде закона (что и происходит в настоящее время).

Обосновывая необходимость запрета, МВД тогда ссылалось на «личную неприкосновенность, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, право на изображение, право авторства, принадлежащие гражданину» и зафиксированные в статье 99 Гражданского кодекса. А также на закон «О персональных данных», в 28-й статье которого говорится о недопустимости раскрытия персональных данных без согласия субъекта. В 4-й статье этого же закона уточняется, что персональными данными является зафиксированная на электронном носителе информация, дающая возможность идентификации определенного физического лица. (То есть, его фото и видеосъемка.)

В поддержку запрета на публикацию в интернете фото и видео о работе сотрудников дорожно-патрульной службы, несущих службу, без их согласия, выступила и заместитель генпрокурора Светлана Артыкова.

«Если сотрудник ДПС требует от пассажира соблюдения закона при исполнении своих обязанностей, я считаю неправильным распространять информацию в социальных сетях… Этот госслужащий с погонами ведь тоже человек, гражданин Узбекистана. Значит, надо у него спрашивать [согласия на съемку]. Например, если меня не спросить, я не разрешаю фотографировать, потому у меня есть честь и достоинство», - сказала она на пресс-конференции 31 марта того же года.

Артыкова сослалась на норму Конституции «о неприкосновенности чести и достоинства»: «Каждый имеет право на защиту от посягательств на его честь и достоинство, вмешательства в его частную жизнь, на неприкосновенность его жилища».

«Сотрудник ДПС ведь тоже гражданин Узбекистана? [Его честь и достоинство] тоже должны защищаться Конституцией. (…) Гражданин Узбекистана защищается Конституцией, будь это сотрудник ДПС, домохозяйка, журналист или блогер», - добавила она.

По нашему мнению, как высокопоставленный представитель режима, Артыкова не могла не знать действительной причины запрета на публикацию съемки сотрудников ДПС, то есть, она намеренно вводила общественность в заблуждение.

2

Светлана Артыкова. Фото Генпрокуратуры

«Только через законы»

Критики проекта постановления сразу же обратили внимание, что если цель его принятия – защита сотрудников ДПС и ППС от неправомерных нападок водителей, то у них есть нательные камеры, с помощью которых они могут доказать свою невиновность и привлечь к ответственности правонарушителей (то есть, с правовой точки зрения подобный закон, как минимум не нужен).

Блогеры и журналисты тогда не поняли действительной подоплеки дела и, в основном, обращали внимание на кажущуюся им нелогичность и противоправность проекта постановления, а также на его антиобщественный характер.

Автор популярного блога Davletovuz назвал предлагаемое изменение «шагом назад», «шагом к закрытости».

«Сотрудник ДПС получает зарплату из бюджета и служит обществу. Незаконным считается фотографировать его дома или в свободное время, но не во время его службы, особенно если он нарушает закон. Это шаг против общественного контроля и прозрачности. (…) Это не более чем попытка укрыться от глаз общественности», - высказался он.

Советник министра юстиции и блогер Шахноза Соатова задалась вопросом, могут ли решения президента и правительства иметь приоритет над законом. Она привела выдержки из Конституции (статьи 4, 5, 8, 9, 29), законов «О принципах и гарантиях свободы информации», «Об органах внутренних дел», «Об открытости деятельности органов государственной власти и управления» и «Об общественном контроле».

«Как оценивать попытку запретить открытость и прозрачность через подзаконные акты, когда многое разрешено и открытость гарантирована многими законами? (…) Ели МВД захочет это сделать, то оно может запретить ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ ЗАКОНЫ, но на практике велика вероятность того, что парламент такую норму не примет», - заявила Шахноза Соатова.

«Извините, но пока вы на службе за общественные деньги (в любой профессии) - вы не занимаетесь личными делами. На государственную и общественную службу не могут распространяться правила, которые действуют для личной жизни. Это нонсенс. Даже в Олий Мажлисе и Сенате сейчас заседания проходят в прямом эфире», - написал журналист Никита Макаренко.

Он также отметил, что в «к сожалению, коррупция всё ещё существует», как и превышения полномочий. «Обнародование видеофактов - это фактически единственный способ для защиты своих прав».

«Ни один здравомыслящий, адекватный гражданин Узбекистана не будет записывать на видео просто так сотрудника правоохранительных органов при профессиональном служении и выкладывать снятое в соцсети. Когда камера достаётся из кармана и начинается запись? Когда человек видит правонарушение, когда человек видит элементы коррупции, превышения должностных полномочий», - отметил журналист и общественный деятель Хикматилла Убайдуллаев.

Глава попечительского совета Общественного фонда поддержки и развития национальных масс-медиа Комил Алламжонов указал , что вынесенный на обсуждение проект постановления «разработан с нарушением статей 5 и 9 закона Республики Узбекистан «О правоохранительных органах».

«В нём говорится, что главными принципами работы сотрудников министерства являются открытость, прозрачность и взаимодействие с прессой. Если толпа людей на улице смотрит, как работают сотрудники правоохранительных органов, то почему толпа людей не может это же самое посмотреть в интернете? Разницы, где смотреть, нет, поэтому ограничивать незачем», - написал он.

Депутат Расул Кушербаев заявил, что право на распространение информации гарантировано Конституцией и законами, и ограничить его также могут ТОЛЬКО ЗАКОНЫ, а не постановления.

«Как не запрещено производить и распространять съёмку представителей других сфер, получающих зарплату из бюджета и не выполняющих работу, связанную с государственными и другими секретами, так же и не запрещено снимать сотрудников МВД. Понятия чести и неприкосновенности личной жизни - это другой вопрос, не смешивайте их», - добавил он.

Высказываний узбекистанцев по этой теме под соответствующими публикациями СМИ было так много, что мы поместили их на отдельной странице (с ними можно ознакомиться здесь), ниже приведем только одно из них:

«Ну, тогда и людей пусть не снимают на фото- и видео. У людей тоже своя частная жизнь, неприкосновенная. Решили железным занавесом прикрыть там, где должно быть чисто и прозрачно. Или есть, что скрывать? В таком случае, выступаю за запрет:

а) камер наблюдения;

б) нагрудных камер полицейских;

в) камер на дорогах.

Они фиксируют мои движения и лицо без моего согласия.

Также выступаю за запреты хроник МВД о преступлениях, поскольку они нарушают право обвиняемого на презумпцию невинности, а также на конфиденциальность его дела. Раз мы пошли за конфиденциальность, то пускай государство тоже откажется от ряда своих полномочий».

«Клеветнические комментарии»

После поднявшейся волны критики пресс-секретарь МВД Шохрух Гиясов заявил, что действия практически всех «активистов социальных сетей», которые «специализируются» на освещении деятельности сотрудников СБДД, противоречат закону «Об общественном контроле».

«В социальных сетях продолжают распространяться видеоролики о деятельности сотрудников СБДД с противоречивыми, сенсационными или клеветническими комментариями без участия другой стороны», - сообщил он.

«Новая норма направлена на обеспечение реальной прозрачности за счёт устранения (…) незаконной деятельности по распространению информации. Не пытайтесь отрицать это. Открытость не есть беззаконие. Прежде чем требовать законности, надо научиться следовать закону», - добавил пресс-секретарь, подчеркнув, что предлагаемая норма не является «удушением открытости».

3

Шохрух Гиясов

Нам остается констатировать, что Гиясов на удивление быстро «переобулся».

Пятнадцатью месяцами ранее, 15 декабря 2020 года, на пресс-конференции с участием ответственных лиц МВД он ответил на вопрос журналистов о допустимости съёмки видео с участием сотрудников министерства и их распространении в соцсетях.

«Могу вам сказать конкретно: мы, сотрудники органов внутренних дел, являемся государственными служащими. Любой человек может снимать государственных служащих на видео и размещать его на любой платформе. Это нигде не запрещено. Нельзя лишь одно. Ко всем большая просьба: не следует мешать работе сотрудников органов внутренних дел. Вы можете снимать видео в любом месте и в любое время, не мешая работе сотрудников патрульно-постовой и дорожно-патрульной служб», – сказал тогда Шохрух Гиясов.

«Вправе не допускать»

Ранее, в феврале 2018-го, власти Узбекистана тоже намеревались официально запретить фото- и видеосъемку военнослужащих и представителей правоохранительных органов без их согласия при исполнении ими должностных обязанностей. Этот пункт присутствовал в проекте постановления правительства, опять-таки, разработанном МВД. Это намерение, однако, так и не было воплощено.

Тогда же ташкентское издание Газета.uz обратилось с запросом по поводу запрета на фотосъемку милиционеров в МВД и получило расплывчатый и уклончивый ответ: «Сотрудники правоохранительных органов вправе не допускать фото- и видеосъемку при несении служебной деятельности по охране общественного порядка в порядке, установленном законодательством».

Какой конкретно порядок установлен законодательством, министерство не уточнило. В законе «Об органах внутренних дел» такой запрет отсутствует, каких-либо других нормативных актов на этот счет обнаружить не удалось. ГУВД Ташкента на аналогичный запрос ответило, что «для проведения фото-, видеосъемки в личных целях для семейного просмотра никаких ограничений не существует».

Статьи по теме:

В Сенате готовятся принять закон для выполнения гаишниками планов по штрафам ради пополнения бюджета

Запрет на «дискредитацию» сотрудников МВД вводится ради плановых ограблений автомобилистов

От открытости – к закрытости. Президент Узбекистана поручил ввести запрет на видеосъемку милиционеров без их согласия


Соб. инф.